На этой умиротворяющей лужайке, раскинувшейся к западу от Белой башни, было обезглавлено десять человек, и среди них - три королевы Англии.
Королева Виктория, должно быть, скрипела от боли зубами, когда архиепископ Кентерберийский пытался перед церемонией коронации 1838 года надвинуть ей на палец коронационный перстень, по ошибке изготовленный на мизинец. Позднее королева вспоминала в дневнике: «Каких же мук мне стоило потом его снять!».
Многие известнейшие персонажи истории Англии завершили свой жизненный путь на лужайке Тауэра, где был возведен тайный эшафот. Обладая воображением, здесь можно ощутить последние мгновения жизни трех королев династии Тюдоров. Взгляните на настенные надписи, оставленные узниками башни Бошана, орудия пыток в нижней Уэйкфилдской башне, казематы Кровавой башни, где содержались приговоренные к смерти.
Фотогалерея
 |
 |
 |
 |
| Все фотографии » | |
Крестьяне взбунтовались!
Несмотря на все его массивные оборонительные сооружения, Тауэр, как видно из рассказа смотрительницы Джейн Спунер, отнюдь не всегда был абсолютно неприступным.
Поразительные эпизоды разыгрались в королевских покоях лондонского Тауэра в июне 1381 г., когда четыре сотни бунтовщиков-крестьян взяли крепость штурмом, не имея ни осадных орудий, ни другого передового по тем временам оружия: они просто вбежали в распахнутые настежь ворота!
Белая башня Вильгельма Завоевателя, мощные крепостные стены и башни Генриха III и Эдуарда I своей громадой нависали на городом, создавая иллюзию непоколебимого монаршего могущества. В действительности же судьба замка зависела не только и даже не столько от мощи его оборонительных сооружений, сколько от преданности и самоотверженности его защитников, а также от запасов вооружения и пищи.
«В своей дерзости [бунтовщики] с непристойными шутками укладывались и усаживались на постель короля, а некоторые требовали от королевы-матери поцелуя».
Жан ФруасарВ июне 1381 г. Тауэр пал не перед хорошо организованным войском, состоявшим из прекрасно вооруженных рыцарей, лучников и саперных подразделений с осадными машинами, а перед толпой мятежной черни.
То было уже третье крестьянское восстание за последние четыре года, спровоцированное новым налогом, которым обложили всех без исключения, начиная с 14-летнего возраста.
Мятеж, вспыхнувший на юго-востоке Англии, стремительно охватил всю страну. Десятитысячная толпа йоменов (мелкие землевладельцы), ремесленников и чернорабочих вторглась в Лондон, требуя смерти тех, кого они считали виновниками введения нового налога. Как ни удивительно, короля Ричарда II они не только ни в чем не обвиняли, но наоборот, клялись ему в верности, призывая казнить «изменников», которые якобы правили от его имени.
Пока мятежники два дня опустошали и жгли столицу, 14-летний король укрылся в Тауэре со своей матерью и приближенными. Наконец мятежники обратили внимание и на крепость. Свидетель тех событий Жан Фруасар описывает в своих Хрониках то, что произошло дальше...
1 2